Искреннее беспокойство, прозвучавшее в его вопросе, подействовало на Викторию отрезвляюще. Она даже нашла силы поднять взгляд на сосредоточенное лицо герцога и изобразить улыбку. Однако та сползла, словно клякса, оставленная на стекле, как только Леклер в очередной раз коснулся голой кожи Виктории и мимолётно погладил длинными пальцами её ладонь.

Он специально сделал это. Намеренно мучал её, видел, как Виктория бледнеет от его прикосновений — просто не мог не видеть! — и продолжал вкладывать в каждое следующее касание всё больше двусмысленных знаков.

Оказавшись на финальных аккордах рядом с Ривенхолом, Виктория уже едва чувствовала собственные руки. Как только она исполнила прощальный реверанс, герцог неожиданно крепко подхватил её под локоть и повёл прочь. Виктория послушно шагала рядом, совсем не разбирая дороги.

Только на выходе из бального зала, она начала приходить в себя.

— Ваша светлость, куда мы идём? — спросила Виктория.

— Подышать свежим воздухом.

При других обстоятельствах она бы непременно начала сопротивляться, но сейчас просто кивнула и продолжила шагать. Ривенхол надёжно поддерживал её под руку, а обволакивающее ощущение безопасности и спокойной силы, исходящее от него, просто взяло её в плен.

А ещё Виктория хотела оказаться как можно дальше от Николаса Леклера. И чем быстрее — тем лучше.

Коридор повернул вправо, затем перед ними распахнулись тяжёлые двери, и Викторию окутал холодный туман и темнота. Она попыталась осмотреться, но так и не поняла, с какой стороны дворца оказалась. Хотела спросить об этом, но передумала. Изо рта вырвалось едва различимое облачко пара.

— Скажите, кто вас напугал? — услышала она вкрадчивый голос герцога. Он, наконец, остановился и повернулся к Виктории лицом, продолжая удерживать под руку. — Всё было хорошо, пока музыканты не начали играть…

Она не смогла бы рассказать об этом даже под дулом пистолета. Возможно, позже Ривенхолл и сам обо всём узнает, например, благодаря стараниям виконтессы Чалмерс, но только не сейчас и не от неё.

— Мне просто стало душно, — ровно выговорила Виктория.

— Нет, вы испугались кого-то.

— Ваша светлость, я… Дело в том, что я с самого утра плохо себя чувствовала. — Виктория вдруг задрожала всем телом. То ли от холода, то ли из-за откровенного вранья. А возможно оттого, что вокруг не было ни души, и близость Ривенхола вдруг начала ощущаться по-особенному остро. — Мне кажется, это сезонная простуда.

— Вы выглядели так, будто увидели призрака.

Ох, она не только видела его. Она к нему прикасалась.

— Я просто… очень боялась чихнуть.

— Леди Видмор, — Ривенхол неожиданно склонился к ней так близко, что Виктория чуть не отпрянула, — скажите, если вам что-то угрожает. Возможно, я смогу помочь…

Кажется, сердце в груди дрогнуло в этот момент. Виктория с трудом понимала, что движет герцогом и почему он так настойчиво предлагал помощь, однако прекрасно осознавала, что никто в целом мире не сможет ей помочь. Ей не спастись от собственного прошлого. Оно будет преследовать её всегда.

— Если вас не затруднит… я буду очень признательна, если вы найдёте для меня экипаж, — выговорила Виктория после паузы. Она изо всех сил старалась придать своему голосу твёрдости, но не слишком преуспела в этом. — Мне хотелось бы как можно скорее вернуться домой и лечь в кровать.

— Я могу проводить вас до дома?

Виктория высвободила руку и отступила на шаг.

— Нет, не думаю, что это уместно.

— Тогда завтра утром я пришлю лакея, чтобы справиться о вашем самочувствии, — тоном, не терпящим возражений, сказал Ривенхол.

Испытывая странное смущение, Виктория согласилась, и они в полном молчании прошли вдоль фасада дворца.

Свободный экипаж нашёлся очень быстро. Герцог Ривенхол обменялся с сонным кучером парой фраз, затем передал тому несколько монет. Усадив Викторию в салон, он ещё некоторое время пытливо смотрел на неё. Затем тихо попрощался и всё-таки закрыл дверь.

Как только экипаж тронулся, Виктория стащила маску с лица и уронила голову на руки. Последние силы будто покинули её в тот момент, когда Ривенхол пожелал ей доброй ночи. Хотя, возможно, это были вовсе не её силы, и она их просто позаимствовала.

Ей уже давно не было так плохо. Тело бил озноб, но лицо казалось нездорово горячим. Только мысль о доме удерживала Викторию в собранном состоянии, не позволяла рассыпаться на части. Скоро она окажется в тепле и безопасности. Снимет неудобное платье, выпьет горячего шоколада, как следует проспится и будет думать, что делать дальше. А возможно не будет думать и просто прикажет прислуге собирать вещи.

С улицы вдруг донеслась странная возня. Сначала Виктория не придала этому значения, но когда экипаж неожиданно остановился, нехорошее предчувствие захлестнуло её с головой.

Она расслышала конское ржание и голоса — мужские, угрожающие — и просто застыла, вжавшись в сидение.

Ещё через мгновение дверь в салон распахнулась. Экипаж качнулся, внутрь забралась крупная фигура, с головы до ног укрытая плащом. Виктория не смогла даже закричать — ужас задушил этот звук, превратив крик в сиплый вздох. А потом раздался требовательный голос:

— Игнорируешь просьбы своего короля, Виктория?

16

Она узнала этот голос. Помоги ей Господь, она сразу узнала его!

Сердце бухало в груди, как чугунный молот, каждый следующий удар разгонял по венам неконтролируемую панику.

Король Август опустился на сидение напротив, сбросил капюшон с головы и расслабленно откинулся на спинку. Несколько мгновений Виктория почти не дыша всматривалась в его лицо. Было очень странно видеть его так близко. Странно и страшно.

Кажется, она пропала. Теперь уже точно пропала. И зря она отказалась от компании Ривенхола — может, он и не предотвратил бы эту встречу, но точно сделал бы её не такой фатальной.

— Не смотри на меня, как на душегуба, — заговорил король Август. — Я не собирался тебя пугать.

— Ваше величество, — пролепетала она в ответ. От пережитого шока дрожали губы, но Виктория заставила себя добавить: — Рада видеть вас в здравии.

— Не похоже.

Салон снова погрузился в давящую тишину. Не в силах вымолвить ни слова в ответ, Виктория замерла, а король неожиданно улыбнулся ей.

— Шучу, — добавил он. — Что заставило тебя так спешно покинуть бал? Надеюсь, не моё послание?

— Нет, ваше величество.

Она его даже не прочитала, но говорить об этом вслух не стоило. Виктория обхватила себя руками в попытке унять дрожь, но этим жестом только привлекла ненужное внимание.